Экзистенциализм и бессмертие души, бытие-к-смерти и вопрос о т.н."реинкарнации"

Кьеркегор различал два вида страха: и страх боязнь дат. , который вызывается конкретным предметом. Человек конечен и знает об этом, поэтому в отличие от животного испытывает страх перед Ничто. Страх порождает этическое и сопровождает этическое состояние. Выводя состояние страха из невинности, Кьеркегор там самым устраняет чувство вины из переживания страха. В крайней степени страха — отчаянии — происходит преодоление этического религиозным. Впервые страх открылся великому датскому мыслителю Кьеркегору в году.

Анализ концепций смерти в философии С.Кьеркегора и М.Хайдеггера

Адекватное осознание феномена смерти—условие перехода к подлинному а не безличному модусу существования человека . Человек не свободен от смерти как от актуального реального события, но свободен понимать свою возможность быть или не быть подлинный модус существования , а также свободен не понимать ее как возможность неподлинный модус. Михайлов Новая философская энциклопедия:

Философия Мартина Хайдеггера уже давно заняла центральное место в совре- «Ничто» страха, погружение в свой собственный внутренний мир. . Понятие Ничто, ужас у Хайдеггера тесно связано с экзистенциалом смерти.

Мартин Хайдеггер глазами Пиамы Гайденко. Конечный характер подлинной временности Хайдеггер решительно обрубает остаток"метафизического корня" в феноменологии Гуссерля, утверждая конечный характер подлинной временности. Временность по существу экстатична. Изначальное время конечно" . , . Прежде чем мы раскроем содержание вводимых Хайдеггером понятий и тем самым - смысл его концепции временности, необходимо отметить, что задача Хайдеггера - показать неподлинность понятия"бесконечное время", точнее, производность его от конечной временности.

Хайдеггер недвусмысленно подчеркивает, в чем именно он видит свою задачу:

Категория смерти у Толстого и Хайдеггера Завалий Андрей Геннадьевич Так называемая"проблема смерти," как она представляется обыденному сознанию, складывается из двух составляющих её неизвестностей. Во-первых, это неизвестность хронологическая. Неотрицаемая неизбежность будущего события собственной смерти всегда соседствует с загадкой его точных временных координат.

Труды Мартина Хайдеггера в последнее время вызывают имеет свойство бытия к смерти - Sein zum Tode, которое представляет собой сущностный ужас. Ужас противоположен страху, который наполняет мир.

Не следует ли тогда феноменологию, желающую решать проблемы объективного бытия и выступать в качестве философии, заклеймить позором трансцендентального солипсизма? Я не случайно привел его слова в эпиграфе — мы к ним еще вернемся. Правда, нет, наверное, более занудного автора — засыпаешь на второй странице. Итак, здесь простым и незатейливым слогом я перескажу сюжеты двух книг, заложивших фундамент и величественное в своей безнадежной красоте и жестокости здание экзистенциализма.

Не пройдя в своем развитии стадию экзистенциализма, разбивающего все надежды и опоры, всякую веру, оставляющую тебя наедине с холодным молчащим Космосом — переживать драму собственной жизни, и драму всего живого, - не стать, имхо, взрослым человеком. А значит, говорить, о чем-то трансперсональном — в принципе рано и бессмысленно — весь эзотерический и магический блуд будет лишь игрушкой для прячущихся от себя и от жизни малышей.

А так как таковых, увы, большинство, то именно прохождение стадии экзистенциализма — является задачей номер один в деле индивидуации и становления человека. От экзистенциальной обнаженности можно убежать в разного рода эзотерику, религию и прочие конфетки, что происходит с большинством людей ныне, поэтому я затрону, после обсуждения работ Хайдеггера и Сартра — почему вера в загробное существование и разного рода реинкарнации является для большинства людей не шагом вперед, а наоборот, развращающей душу попыткой бегства в иллюзии.

Лишь для тех, кто стал взрослым а Хайдеггер и Сартр дают нам четкие ориентиры — что такое стать взрослым человеком имеют смысл трансперсональные категории и переживания, в том числе и пресловутой реинкарнации. Не будем забывать, что любое знание адресно и исторично. То, что важно и актуально для одного, может развратить или запугать, или отвратить сознание другого.

Философский словарь

Заказать новую работу Анализ концепций смерти в философии С. Кь еркегора и М. Хайдеггера Реферат по экзистенциальной философи и студентки базового курса"Экзистенциальная психотерапия" Вильнюс Абросимовой Е. Взаимозависимость жизни и с мерти Мысль о переплетенности жизни и смерт и очень стара. Всему на свете приходит конец - это одна из жизненных истин, так же как и то, что мы боимся этого конца и должны жить с сознанием его неи збежности. Стоики говорили, что смерть - самое важное событие жизни и науч иться хорошо жить - это значит научиться хорошо умирать.

Насколько это место, о смерти, у Хайдеггера всё открыто, в смысле — закрыто, Этот ужас «люди» перевертывают в страх перед надвигающимся ).

Философия Киркегора носит религиозный, христологи—ческий характер, хотя по форме изложения она более походит на свободное философствование, чем на богословие. В противоположность этому философия Хайдеггера одушевлена прежде всего метафизическим пафосом. Но не следует думать, что Хайдеггер идет по следу Декарта, провозгласившего: Для Хайдеггера бытие невыводимо из мышления. Наоборот, мышление есть одна из функций бытия, притом бытия, оторвавшегося от самого себя.

Основной постулат Хайдеггера гласит: Хайдеггер повторяет здесь в более отвлеченной форме афоризм своего учителя Дильтея: Итак, человек творит свое бытие. Первоначальное отношение человека к миру носит не бескорыстно—познавательный, а заинтересованно—практический характер.

Теория и практика экзистенциальной психологии: о смерти и о жизни.

Хайдеггер отдавал себе отчет, что просто благодаря раздумьям, стойкости и"скрежету зубовному" не перейти из состояния забвения бытия в более просветленное и беспокойное состояние сознавания бытия. Нужны какие-то неотвратимые и непоправимые обстоятельства, определенный"экстремальный" опыт, который"вытряхивает","вырывает" человека из повседневного модуса существования в состояние сознавания бытия. В качестве такого опыта Ясперс имел в виду то же самое, говоря о"пограничных", или"предельных" состояниях смерть превосходит все остальное: Эту точку зрения — что смерть вносит позитивный вклад в жизнь — не так-то легко принять.

Для большинства из нас смерть ужасное, нестерпимое зло, и любое сомнение в этом воспринимается в лучшем случае как неуместная острота.

Хайдеггер называет его «неаутентичным»: мы не осознаем себя Первым, кто разграничил страх и тревогу (ужас), был Серен Кьеркегор;.

Хайдеггер В творчестве Мартина Хайдеггера, одного из самых значительных философов столетия, центральное место занимает вопрос о смысле бытия, а феномен смерти играет важнейшую роль в прояснении этого смысла. На этот вопрос невозможно дать логически корректный ответ;"быть" — значит"быть","существовать"" тавтология оказывается неизбежной.

Как отмечает сам Хайдеггер, еще Блез Паскаль , обратил внимание на то, что всякое определение понятия"бытие" связано с употреблением слова"есть" бытие есть это или то , и выходит, что слово, подлежащее определению, неминуемо будет содержаться в его определении. Значит, понятие бытия неопределимо. И все же предпринятый Хайдеггером анализ понятия бытия позволяет прояснить его смысл.

Утверждать о существовании чего-либо какой-то вещи, к примеру можно лишь тогда, когда кто-то"видел" и засвидетельствовал, что"это" есть. Далее, конечно, может возникнуть вопрос о достоверности свидетельства, вопрос гносеологический, но от него мы здесь абстрагируемся. Выходит, что суждение о существовании чего-то предполагает вместе с тем еще и существование того, кто является свидетелем существования"чего-то".

Таким образом, имеется существование двоякого рода: Существование человека имеет особый статус по сравнению с существованием вещей. Это — понимающее существование. Для человека быть — значит понимать то есть придавать значение тому, что есть. Человеческое существование —"трансцендирующее", оно выходит за пределы себя — к другому существованию и осознает его как существующее.

Концепт метафизического страха () в немецкой философии

Бытие И Ужас Неклассический характер хайдеггеровской метафизики и, соответственно, онтологии, а также отход от направленной против психологизма феноменологии Гуссерля наиболее отчетливо воплотился в том, что в"аналитику бытия" оказались включенными такие понятия, которые раньше по принципиальным соображениям исключались из философской онтологии и отдавались на откуп психологии эмоций или поэзии - страх, забота, ужас, покинутость, смерть и т. Между тем Хайдеггер придал им и другим родственным понятиям метафизический, онтологический статус.

Сколь нестандартно Хайдеггер это делает, можно видеть из текста упомянутого ранее доклада"Что такое метафизика? К вопросу о метафизике, вынесенному в заголовок, Хайдеггер поначалу движется обходным путем.

экзистенциалистским философом страха, вины и смерти. Как бы неожиданно это ни прозвучало, понятие бытия-к-смерти четко .. Причина, по которой Хайдеггера не удовлетворяет идея ужаса, на мой взгляд, в том, что в.

Извините, но для просмотра этой страницы у Вас недостаточно прав. Вы должны авторизоваться или пройти регистрацию.

Очерк хайдеггеровской философии

Поиск по сайту Анализ концепций смерти в философии С. Хайдеггера он неожиданно для себя получает, возносит его на ступень космическую, религиозную. Хайдеггер нигде не приравнивает понятия и"человек", однако основными экзистенциалами обладает только человек, другое сложно представить; - это"здесь-и-сейчас-присутствие" человека.

Цель своей работы Хайдеггер видит в том, чтобы извлечь тему бытия из забвения и дать .. Сознание человека здесь не в состоянии отнести смерть (конечность, .. Ужаса (Angst):"ужас в корне отличен от боязни и от страха.

Ванная В свете"болезни", которую он усматривает в человеке, Кьеркегор берет на себя роль диагностика, а не реаниматора и даже не лечащего врача. Победивший отчаяние дух т. Пример индивида, победившего свое отчаяние, мы находим в фигуре Авраама"Страх и трепет" , безупречного"рыцаря веры", который не отчаивается ни в смысле своего земного существования, когда у него требуют принести в жертву единственного сына, продолжателя рода, ни в естественных и моральных законах, ни в своем Боге.

Вера в Бога стоит выше понимания Бога. Естественно, обретя такое состояние духа, человека не будет уже волновать его смерть. Формула, вернее даже заклинание"Для Бога все возможно", излечивает от любых сомнений. При этом философ закрывает глаза на то, что это"возможно" совершенно не обязательно будет соответствовать ожиданиям"Я". Логично а вовсе не абсурдно предположить, что действительно такая - выстраданная, смирившая интеллект, добровольно ослепшая вера получит вознаграждение.

И так же логично, если уж приходится на что-то полагаться бездоказательно, положиться именно на Бога, а не на"всеобщую абстракцию" 1, , однако вера в благополучный исход дела не может безоговорочно спасти от волнения и отчаяния.

Анализ концепций смерти в философии .Кьеркегора и М.Хайдеггера

В настоящее время в гуманитарных науках в связи с повышенным интересом к роли культурной личности все большее внимание уделяется анализу концептов — слов, несущих в себе потенциальный заряд огромного опыта предшествующих поколений, культуры и менталитета всего народа. Степанов определяет концепт как микромодель культуры. Следовательно, концепты — это одновременно элементы культуры и ключи к ее пониманию. Благодаря их анализу мы познаем культуру народа.

Совокупность концептов составляет национальную концептосферу. Важной проблемой исследования менталитета народа и его национальной картины мира является установление существующих в его концептосфере ключевых культурных концептов.

Ключевые слова: ужас, страх, боязнь, грех, смерть, тайна бытия, подлинное Дело в том, что в «Бытии и времени» М. Хайдеггер употребляет лексемы.

Бытие и ужас Неклассический характер хайдеггеровской метафизики и, соответственно, онтологии, а также отход от направленной против психологизма феноменологии Гуссерля наиболее отчетливо воплотился в том, что в"аналитику бытия" оказались включенными такие понятия, которые раньше по принципиальным соображениям исключались из философской онтологии и отдавались на откуп психологии эмоций или поэзии - страх, забота, ужас, покинутость, смерть и т.

Между тем Хайдеггер придал им и другим родственным понятиям метафизический, онтологический статус. Сколь нестандартно Хайдеггер это делает, можно видеть из текста упомянутого ранее доклада"Что такое метафизика? К вопросу о метафизике, вынесенному в заголовок, Хайдеггер поначалу движется обходным путем. Он начинает с выяснения предназначения наук: И тут же Хайдеггер, как бы забыв о науке и даже привычных темах метафизики, переходит к проблеме Ничто.

Как нам найти Ничто? Как бы ни обстояло дело, Ничто нам известно, хотя бы просто потому, что мы ежечасно походя и бездумно говорим о нем Ничто есть полное отрицание савоху. Когда насохватывает глубокая тоска,"бродящая в безднах нашего бытия".

СМЕРТЬ И ТРЕВОГА

Хайдеггер определяет ее как антитезу неаутентичности, описанную через те формы экзистирования, которые мы рассмотрели выше. Аутентичный экзистирует в том, что он есть, в том что в нем превалирует бытие, в том, что он существует как бытие. Но во всех этих аутентичных экзистенциалах главное это концентрация на бытии — во всех его модальностях и во всех сочетаниях.

Хайдеггер изначально выделяет три аспекта страха. .. «Ужас перед смертью, - пишет Хайдеггер, - есть ужас «перед» наиболее своей.

Под экзистенциальными аспектами агона мы будем понимать комплекс пережив-ний, чувствований, мыслей, оценивающих определенный момент бытия как агон. Здесь можно говорить о некоторых агональных экзистенциалиях, способах человеческого существования. Экзистенциальные переживания обнаруживаются в каждом структурном звене, в каждом признаке агона, который возник как некое пространство борьбы, противостояния, столкновения сил. В центре этого противоборства и находится человек. В качестве основной экзистенциалии агонистов, можно назвать различность человеческих существ.

Зиммель считал, что в человеке присутствует абстрактное стремление к оппозиции, причем это стремление изначальное, фундаментальное. Различность, по мысли Х. Хофмайстера, есть та власть, которая во всех человеческих отношениях действует как сила противоборства. Она способна ожесточить до вражды, и перерасти в военное столкновение, но она также в состоянии развить и другую свою сторону, сторону гармонии, и в качестве таковой обрести действительность, воплотившись в наивысшую форму гармонии, в эрос 2, с.

Гомер Любовь и вражда — две стороны агона, который будучи схваткой различного, исполнен страстью враждующих влюбленных и любящих врагов. Агон сочетает в себе схватку Ареса и объятия Афродиты, в самой схватке Эрида и Эрос слиты воедино. Гомер постигает раздор как одержимость, которая овладевает так же, как движимый гармонией эрос, и там, где дух раздора проникает в людей, они дают увлечь себя, производя действия, которые они не могут ни объяснить себе, ни постичь.

Агон придает гармонию различимому; не видя, не различая, забывшись в страсти, одержим то ненавистью, то любовью, человек существует в агоне. Агон, как то, что позволяет упразднить разность и различие, служит божественным истоком нашего поведения.

Парамананд"о страхе смерти", передача"О Главном"